Конкурсы
«Arka-Fest» Барселона
«Arka-Fest» Барселона
Открытый конкурс научно-фантастических рассказов на тему «Космос и человек: изучение, освоение, выжи
Открытый конкурс научно-фантастических рассказов на тему «Космос и человек: изучение, освоение, выжи
Главная \ Архив \ Юрий Крыжановский (Украина)

Юрий Крыжановский (Украина)

60819114_2258890227661627_3046770269872979968_n

***

Струной натянутого нерва,

Скалистой выпуклой горой

На этот раз я буду первый –

В затылок дышит мне второй.

 

Он, наступающий на пятки,

Вот-вот и вцепится в кадык,

А на душе настолько гадко,

И очень хочется воды.

 

Его отбрасываю прочь я:

Меня по жизни он достал;

Я от него оставлю клочья!

Ему не видеть пьедестал.

 

Как надоела эта гонка!

Когда же, Господи? Спаси…

А после дождь монетой звонкой,

Не освежая, оросит.

 

 

***

Боль, зажатая в кулаке.

Фига, слепленная в кармане.

Утопили меня в реке,

А я вынырнул в океане.

 

Там, где рядом полно акул,

Только проку нет в горьком мясе.

Вы подумали: «Утонул», -

А я жив и вдвойне опасен.

 

Сколько раз я команду «Пли!»

Слышал в прошлом и настоящем

И выскальзывал из петли

Хитрым, скользким ужом скользящим.

 

Сколько раз вы, сожрав огнем,

Все, что дорого мне, разрушив,

Темной ночью и светлым днем

Взять хотели не тело – душу.

 

Смыслу здравому вопреки,

Где закат так кроваво-красен,

Поселюсь я у той реки

И силен, и в сто крат опасен.

***

Силами ветра асфальт разглажен.

Точки над «и» расставлены четко.

Ты ничего мне уже не скажешь,

Моя любимая идиотка.

 

Не разгрести мне уже весь мусор

Сплетнями, высыпанный на душу;

Был я подонком и даже трусом –

Стал я, конечно, намного хуже.

 

Не развести мне уже костер тот,

Не заискриться ему, как в мае;

Слово «люблю» на стене затерто, –

А остальное я доломаю.

 

***

А любовь умереть не может

И исчезнуть она не смеет;

Я прошу: «Подскажи мне, Боже,

Как тут быть и что делать с нею?»

 

Не поставишь ее на полку,

Как зачитанный томик Грина;

Одиноким завыть бы волком…

Не умею наполовину!

 

Затоптать. Перерезать вены.

И, напялив чужую маску,

Расплескать ее всю по стенам,

Пусть засохнет она, как краска!

 

Нет. Уже ни к чему пророчить,

Если честно и без обмана…

Я хочу ее, Боже. Очень.

Остальное – по барабану.

 

***

А когда-то были молоды,

Но не все мы дошли до старости.

Бес в ребро, серебро нам в бороды,

Только вот никакой нет радости.

 

А когда-то мы были юными,

Не такими пусть знаменитыми,

И летали ночами лунными

С обнаженными Маргаритами.

 

А когда-то ныряли в пропасти,

Забирались на горы скользкие

И дрались до крови по совести

Мои братья, шпана подольская.

 

Кто-то тупо из нас спивается,

Не томимый духовной жаждою,

А когда уже не летается,

Удается уйти не каждому.

 

 

***

Моя мелодия звучала,

Она рвалась, она кричала

И начинала все сначала,

Но не допела свою песнь;

А суетящиеся толпы

Ее, беднягу, били по лбу

И, закупоренная в колбе,

Бродила газовая смесь.

 

Ей, бедолаге, было душно.

Она ребенком непослушным,

Сидеть которому так скучно,

Рвалась на улицу гулять;

Но городской забитый транспорт

Ей не давал проход на красный,

И, хоть на красный петь опасно,

Она пыталась – и опять…

 

Моей мелодии так тесно

Среди домов густого леса.

Она наскакивала весом

На их отточенность углов;

Мою мелодию не спели,

Хотя хотели, так хотели

И подобрать к ней не сумели,

Как видно, очень нужных слов.

 

Моей мелодии осколки –

Хрусталь, упавший с книжной полки,

Пусть разлетевшийся… Как колки

Те разноцветные огни!

И босиком по ним хожу я:

Толпа зажравшихся холуев

Мне смотрит вслед –

Не покажу им

Свои кровавые ступни.

 

МОЕЙ МЕЛОДИИ ТАК ДУШНО.

МОЕЙ МЕЛОДИИ ТАК ТЕСНО.

МОЕЙ МЕЛОДИИ ОСКОЛКИ.

 

***

А я тобой болею,

Ударная доярка.

Хрустящие аллеи

Шевченковского парка.

 

Заснеженные кроны,

И тени, и оттенки,

И жирные вороны,

И бронзовый Шевченко.

 

Здесь все – почти, как в детстве:

И далеко, и близко.

Так хочется согреться,

Нырнув поглубже, в сиськи,

 

И, между ними млея,

Вдруг ощутить, как жарко…

А я тобой болею,

Убойная доярка!

 

И даже в волчьей пасти,

Все посылая к бесу,

Я думаю: «Вот счастье,

Что ты – не поэтесса!»

 

Моему критику

 

Сегодня день рожденья Будды –

Великий, светлый праздник мира.

Я никому хамить не буду,

Так как не выйду из квартиры.

 

Я в унитаз спущу мобильный,

Перелопачу книжек груду.

Родится он, мой стих дебильный,

Сегодня, в день рожденья Будды.

 

А завтра – это будет завтра:

Я повстречаю вас и, может,

Как утонченный нежный автор

Я разукрашу вашу рожу.

 

***

 

Мои враги любимые,

Все наши годы – лучшие!

Сегодня я без грима… И

Настолько стало скучно мне.

 

Как жить без ваших происков?

Покинутый, заброшенный,

Я, как обычно, в поиске:

Ищу себя, хорошего.

 

Прикидываю, трогаю:

Тут больно, здесь не больно мне –

Занятие убогое,

Но все-таки прикольное…

 

В края уеду дальние,

Где с трепетною нежностью

Я буду у проталины

Беседовать с подснежником.

 

Дышать не вашей копотью,

Болеть не тайной завистью,

А вы друг друга лопайте:

Дай Бог, и не подавитесь!

 

 

***

 

Зарядил теплый дождик.

Я, как в детстве, – по лужам.

Я – свободный художник,

И никто мне не нужен.

 

Не чужой и не близкий,

Никому не понятный,

Я, как будто в химчистке,

Вывожу ваши пятна.

 

Разгребаю коросту,

Вашу накипь на душах.

Вы не парьтесь, все просто:

Я шагаю по лужам.

 

***

 

Под звон гитар, под всплеск метафор,

Под кнут, под меч, под ятаган

Уходит в небо дивный табор

Тобой придуманных цыган.

 

И мы уходим с ними вместе,

И отражаются в реке

Костры и радужные песни

На незнакомом языке.

 

Печально смотрит древний ребе.

Священник молится вослед,

Благословляя нас…

А небо –

Родной домашний старый плед.

 

***

 

-1-

 

Давай побежим по крышам

Кормить голубей и кошек,

А после нырнем повыше,

В бездонное небо… Может,

 

Нас ждут там шальные звезды,

Гостей голубой планеты…

Решайся. Еще не поздно:

Я выиграл два билета.

 

-2-

 

Ты не бойся. Я буду рядом.

Никому не дадим проститься.

Мы наденем с тобой наряды,

Мы шагнем прямо в небо, к птицам,

 

Мы обуем с тобой сандалии,

Мы одним станем телом в теле…

Им покажется: мы упали.

Идиоты! А мы взлетели.

 

 

 

***

Как тебе пишется, Джейн, в волчьих лапах?

Что, зацепило, запало, задело?

Я ощущаю стихов этих запах,

Будто твое обнаженное тело.

 

Смесь бирюзы, серебра и фарфора

Намертво соткана жесткою нитью.

Разные были у нас коридоры:

С болью твои… А мои – в перепитье.

 

Но привели они в общее гетто,

Где так пытаются нас обезличить,

Где не учли, что скользить по паркету

Нам неприемлемо и непривычно.

 

Где друг без друга настолько нам душно,

Хоть головою с разбега о стену,

Где, так спокойны и так равнодушны,

Глухонемые стоят манекены.

 

Как тебе дышится, Джейн, в волчьих лапах?

Что, по ночам, как и прежде не спится?

Я ощущаю твой истинный запах –

Запах стихов твоих… Запах волчицы.

 

Колыбельная себе

 

Спи спокойно, спи спокойно,

Я тебя не потревожу.

Пусть тебе не снятся войны,

Спи, малыш, спи, мой хороший.

 

Мы с тобою по бульвару

Полетим неторопливо,

Приземлимся к стойке бара,

Где нас ждет баклажка пива.

 

Будем сдержаны и кротки,

Даже трепетны, как лани;

Никакой не будет водки,

Коньяка и прочей дряни.

 

Всех и вся простим, как сможем.

Позабудем то, что было.

Не зарядим ни по роже,

Ни по морде, ни по рылу.

 

Спи спокойно, мой дракончик

Огнедышащий и страшный.

Я войну свою закончил.

Мне не сносит больше башню.

 

***

 

В заповедных местах,

                    Где природа никем не нарушена,

Где сплетенья корней,

                   Как сплетенья невидимых судеб,

Я построю избу,

                  Приглашу к себе вечером Пушкина:

Там читать у печи

                   Мы стихи обязательно будем.

 

В заповедных местах,

                      Где уже не придется бороться нам,

Где ни птица, ни зверь

                      Не страдали от залпов орудий,

Я воздвигну дворец,

                  Приглашу к себе вечером Моцарта:

Пусть звучит клавесин,

                 Чудный «Реквием» слушать  мы будем.

 

В заповедных местах

                            Расцветают зимою магнолии;

В заповедных местах

                                    Никогда не родятся Иуды;

В заповедных местах,

                         На границе Священной Монголии,

В заповедных местах

                             День и ночь я любить тебя буду.

 

 

***

Девятнадцатое, Крещение…

Древний город укутан снегом.

Я сегодня прошу прощения:

У тебя, у земли, у неба.

 

Помогите решить задачу мне:

Я и мало прошу, и много.

И счета еще не оплачены.

И закрыта дорога к Богу.

 

 

Телефон: