Стихи

Я нарисую тебе барашка

                - Пожалуйста... нарисуй мне барашка!
                (Сент-Экзюпери. Маленький принц)

      
      Сны обезумели от безделья,
      я же - никак не усну и точка!
      Шарит луна золотистой тенью
      по "письменам" моего листочка,
      
      путаясь в их бестолковой вязи,
      в сумерках выписанной небрежно...
      Господи - ты ли со мной на связи,
      или я просто немножко брежу?!
      
      Ночь пробирается мятной стужей
      в каждую щель и окна, и сердца...
      Если зима всё ещё снаружи,
      значит, останется шанс - согреться:
      
      пледом ли, чаем в уютной кухне,
      где и тепло, и почти не страшно...
      Если до завтра мой мир не рухнет,
      я нарисую тебе ...барашка -
      
      вместо стихов и сакральных жестов,
      (коими - можно ли - достучаться?..)
      Если ты примешь такую "жертву" -
      значит, останется шанс. На счастье...

 

Маленький город

              Я бы хотела жить с Вами
              В маленьком городе…

                                    (М. Цветаева)


Крыши покрыты утренним инеем, словно пудрой – рахат-лукум
(похоже на чью-то волшебную сказку – и хочется отыскать её)…
Говорят, есть в нашем огромном мире маленький город Хум:
не просто маленький, а самый маленький – где-то в горах Хорватии.
Всё его население состоит из семнадцати человек,
его хранят крепостные стены бережными ладонями:
в суровом потопе событий и новшеств – тёплый живой ковчег
(такие ковчеги – всегда живые, потому что строятся ноями…).
И там, где будущее становится прошлым (то есть сейчас, уже!),
я бы хотела с тобой в маленьком городе, меньше Хума (простите, великие!),
где ступишь шаг – и ты сразу в бездне; повернёшься – на вираже
(у живущих на грани – избыток страсти и собственные религии),
отгородившись от мира душами, соединив тела,
в антуражах, не нами созданных, а значит, необязательных,
искать сумасшедшие истины, которым нельзя – в слова…

Самый маленький город в мире – это двое в немых объятиях…

«Где вечные сумерки
И вечные колокола…»

 

 

Дао

Китайцы читают сказку. Русскую. И китайцы
видят в ней добра молодца, стоящего перед камнем,
не знающего, куда бы с распутья ему податься:
на камне - путеводитель. Он выдолблен не руками.

Короче, нерукотворный. Придумай такое, слышь-ка:
направо пойдёшь - погибнешь, налево - коня угробишь,
а прямо - и вовсе криво: там, в "пряме" - обоим крышка.
Такое вот триединство, безвыходность в кубе то бишь.

Китайцы болбочут что-то гортанными голосами,
какого, мол, дао надо у камня просить совета?
Известно ж, что нас дороги всегда выбирают сами:
иди себе на здоровье - в любом направленье света!

"А в чём, - протестую, - воля отдельного персонажа?!
Он должен платить за выбор!"
                                        Китайцы вздыхают: "Да-а-а-а...
(мол, трудно с тобой!), а выбор идущим уже не важен:
он входит в комплект дороги!"
                                                Такое вот, в общем, Дао!

 

 

 

Вот же...

"Вот же бывает – кого-то зовут Рахилью
или Анной там, Василисой  – тоже нехило!
А тут вокруг всё какие-то пуськи бятые!
И что мне от заповеди твоей "жги глаголом",
когда шуруешь по миру как будто голым,
потому что имя тебя везде выдаёт, проклятое!"

Глокая Куздра не спит, удручённо охая:
"Господи, ну за что?! Почему  я глокая?!
Может, из предков кто учудил когда-то?
Только послушайте: ку-у-у-уздра! Тьфу, болезная!
Будто бы по стеклу полоснули лезвием.
Разве что на смех Бокру и его бокрятам".

А когда за окнами то ли светало, то ли варкалось,
вдруг почудилось Куздре, что имя, по сути, малость:
положишь в рот – оно и тает, как сахар в чае!
Вон дерево, что ни возьми, – почти всегда одноного,
а люди  не это видят, а ветки, которых много:
никто же его за это инвалидом не величает!

Бокр под утро укрывает заснувшую Куздру:
опять её в мыслях чёрти где носило!
целует её тихонько
и вдыхает запах – родной,  любимый невыносимо...

 

Колобок, колобок

– Колобок, колобок, ты куда себя уволок?
Для тебя был готов маленький уголок.
А ты – ишь его – в лес, где голодных – рать,
Где любой – жрец, и хочет тебя сожрать.
Колобок, колобок, круглая голова,
Все пути-дорожки лбом перецеловал,
И пока Пути своему ты поклоны бил,
Он усвоил твой запах и этим тебя убил:
И теперь на каждом шагу – метки его зверью;
Все хотят тебя жертвой – к своему алтарю...


– Что ж ты, сказочник, на воде обжёгся, а дуешь на молоко:
ты легко меня создал – и отпусти легко!
Я, конечно, сдобен, но не глуп, да и не смешон:
по сусекам метён, на сметане мешон, в масле пряжон.
Посмотри: я ведь не просто кругл, а кругл что твоя Земля!
У меня теперь – большая семья:
подчиняясь идее, клану, календарю,
всё зверьё несёт добычу – к моему алтарю!

– Колобок, колобок... Коло…Бог?
Да как же ты – без рук и без ног,
с булошной-то своей головой!?
Боже мой, боже мой!

- Золотые слова, Сказочник! Золотые слова:
голова – она всему голова!

 

Новости
все

67907400_479987289494400_2838981964000657408_n

https://poezia.us/forum-2019/…

Участники форума

  • Михаил Cинельников Поэт (Москва, Россия)
  • Владимир Гандельсман Поэт (Нью-Йорк, США)
  • Сергей Гандлевский Поэт (Москва, Россия)
  • Михаил Рахунов Поэт, переводчик (Чикаго, США)
  • Борис Марковский Поэт, журналист (Бремен, Германия)
  • Сергей Лазо Поэт (Тернополь, Украина)
  • Котэ Думбадзе Поэт, философ (Грузия)
  • Елена Малишевская Поэт (Киев, Украина)
  • Леся Тышковская Поэт, бард, литературовед (Париж, Франция)
  • Татьяна Ивлева Поэт (Эссен, Германия)
  • Ангелина Яр Поэт, прозаик, журналист (Киев, Украина)
  • Дина Дронфорт Поэт (Франкфурт-на-Майне, Германия)
  • Елена Дараган-Сущова Поэт (Москва, Россия)
  • Борис Фабрикант Поэт, (Англия)
  • Анна Германова Поэт (Франкфурт-на-Майне, Германия)
  • Галина Комичева Поэт (Киев, Украина)
  • Ирина Мацкевич Поэт (Минск, Беларуссия)
  • Юрий Михайличенко Поэт, бард (Барселонав, Испания)
  • Саша Немировский Поэт (Сан-Франциско, США)
  • Олег Никоф Поэт, издатель (Киев, Украина)
  • Виктор Шендрик Поэт, (Бахмут, Украина)
02.08.19
Телефон: