«Русский Гофман»
раздел ФЕСТИВАЛИ
Главная \ Поэзия \ Саша Петров (Россия)

Саша Петров (Россия)

Саша Петров_Псков

Поэт, музыкант, актёр, человек со странствующей душой и открытым сердцем.

Впрочем, к чему слова, когда всё о нём и за него скажут его же стихи…

 

Все остаётся здесь...

***

Не боль, не страх, не выстрел на задворках,

Чужие песни, на моем веку.

Черствеет хлеб, или вино прогоркло,

На чью-то радость, или на беду.

В последних строчках нашей переписки,

Звучит тоска гремучею змеей,

В который раз тоскую в зоне риска,

До хрипа споря с не живым собой.

Сшиваю буквы, тонкой иглою

Изранив душу ради чистоты

Своей души, стремящейся к покою,

Общаясь исключительно на ты.

И вновь дворы пусты и молчаливы

Живущие уже не первый год.

Монашествуя, так неприхотливы,

Благою Вестью собирают сброд.

 

*  *  *

и рубит, под самый кадык,
живущая, где то свобода.
и я, просыпаюсь на миг,
а мимо проходит старик,
с остатками прошлого года.
и долго стоящая ночь,
внезапно, идет мне на встречу,
и рук кладет мне на плечи,
как вновь обретенная дочь.
и стук голубиных костей,
висящих, как флаг над порогом,
сзывает заблудших людей,
идущих по стылой воде,
с улыбкой озябшего Бога.
какая блажна́я зима
и ветер, все так же внезапен,
и там я с тобою всегда,
в костюме и фетровой шляпе.

 

 

***

Выстроен справа; очень простая жизнь.
Как говорят все к лучшему, только это не так.
Лучше встань в стороне и крепче держись,
Или повесь на балконе пиратский флаг.
Снизу прохожий крикнет, а ты молчи.
Сделай красивый жест и с улыбкой плюнь.
В комнате режутся в карты - на смерть - врачи.
В окна стучится ливнем больной июнь.
Врут за стеной соседи который день,
Тень от меня растекается на века.
В поле, вдали от дома, цветёт сирень,
Молча цветёт, рассыпаясь в моих руках.
Грохот упавших вниз водосточных труб,
Будит окрестности, словно сигнал трубы.
Между двумя березами чей-то труп.
Кто-то, запив на месяц, забрать забыл.
Если вернуться к мыслям о трёх китах,
И запустить по небу зелёный змей,
Лучше сбежать от себя на всех парусах,
И затеряться среди остальных людей.

 

 

***

 

Устал писать слова в глухую пустоту,

Твердить: все хорошо с натянутой улыбкой.

Ещё один бездарно год прошёл,

Играет в небесах расстроенная скрипка.

Кому-то хорошо от пары лишних строк,

Написанных в тоске на вытертой бумаге.

Но в принципе какой от этих строчек прок?

Седеющий король, полузабытый трагик.

Опавшая листва мне открывает осень,

Пустынные дворы под тусклою Луной,

И рядом никого, кто, замирая спросит,

Кто за руку возьмёт меня своей рукой.

Я знаю, что пишу, на слабую четверку,

Что вовсе не поэт, одаренный судьбой.

Ущербные стихи и молоко прогоркло,

И тусклая луна, висит над головой.

 

 

***

 

Сна не хватает, Бог вперемешку

С мыслями суетными бредёт.

Все происходит будто в насмешку,

Будто бы в очереди у Ворот

В Горние дали, все в ожидании,

Каждый услышит слово своё.

Гордые души, в шумном собрании,

Вдруг раскричались, как вороньё.

Длинная тропка протоптана в вечность,

Душам усталым не видно конца.

Понял я вдруг, что бесконечность,

Тенью ложиться на лик гордеца.

След оставляя глубокой тоскою,

В сердце войдя раскалённой иглой.

Песня взлетает, подобная вою,

И поднимается вслед за душой.

Проще простого остановиться,

Не поднимая к Небу глаза.

Тени сомнений в испуганных лицах,

Тени печали на Образах.

 

 

***

 

Как помнить то, что хочется забыть?

Забить, как гвоздь, закрыть, как дверь комода.

И жить, и думать, и молчать, и пить,

Из водопада, бешеную воду.

Как отыскать потерянный сюртук,

Заношенный до смерти и забытый.

И теплый вечер опустился вдруг

В мой город из воспоминаний свитый.

И дворник втаптывает сапогами пыль,

В земную твердь, и делает надрезы,

Своей метлой, рассказывая быль,

Не молодой, не радостный, не трезвый.

Какое утро, бесконечный свет

Блуждающий по сонным переулкам.

И так на протяженьи долгих лет,

Стучится жизнь, на удивленье гулко.

 

 

***

 

Лучше остаться немым,

Жить, продавая снег.

Господи, это не мы,

Переходили на бег,

Господи, пустота,

Лишь отражение нас.

Это сухой остаток,

С выходом на Парнас.

Это твои слова,

Сказанные в ночи.

Призрачная страна,

Вновь от тоски кричит.

Господи, где Твой дом?

Ясный, как птичий крик.

Бьется, среди колонн,

Сердцем в груди болит.

Дым от чужих кадил,

Стелется по траве.

Можно ли здесь ходить?

Нужно ли что-то петь?

Буду теперь немым,

Там, где молчит земля.

Господи, это Ты,

Господи, это я.

 

 

***

 

Такая вот весна, ни да, ни нет,

Ни сумрак ночи, ни ужасный свет,

А дверь, открытая в чужую пустоту,

В чужую, в непонятную, не ту,

В которой я привык всегда таиться,

Где ветер воет, умирают птицы

Уже на протяженьи многих лет,

Такая вот весна, ни да, ни нет.

Холодный ветер, странные шаги,

На расстоянии согнутой руки,

Словами выскребают по душе,

Прощанием светоносных корешей.

И ноты вперемешку с тишиной,

Молчун небесный, принимает бой,

Дорогу топчут наши сапоги,

Холодный ветер, странные шаги.

И выбирая новую страну,

Я продолжаю в голосах тонуть,

Со страхом падаю и не могу упасть,

Цепляясь за таинственную страсть,

С любовью, ненавистью, снегом на висках

Я продолжаю истину искать.

Где сумрак ночи, где прекрасный свет,

Такая вот весна, ни да, ни нет.

 

 

***

 

Я помню Ленинград, я знаю Петербург,

Читаю по слогам, знакомых имена.

Все остаётся здесь, всё остаётся вдруг,

Проходит горький век, стареют города.

И ветка у окна, стучится сиротой,

Какой глумливый год, проходит в сапогах.

Четырнадцатый день смеются над тобой,

Четырнадцатый час, не слова о делах.

Я выдумал сюжет, про юных, нас, двоих,

И рассказал другим, утаивая страх.

Полу замерзший смех, на елях голубых,

Полу забытый крик, потерянный в горах.

Ах да, я уезжал, когда нещадно пил,

Не видел никого, не узнавал друзей.

И странно, что потом, я это все забыл,

Блуждая в тишине растрёпанных аллей.

Я стал почти седым, как постаревший пёс,

И часто говорю кому то невпопад.

Но снится прошлый век, я в нем когда-то рос,

Я знаю Петербург, я помню Ленинград.

Новости
все

79389376_2845903445422739_6387343386856128512_o

25 января с 17.00 до 20.00 часов

Арт-Кафе Букiторiя Ул. Николая Лысенко,1, Киев

Вход свободный.

Презентация книги Тариэла Цхварадзе (Tariel Tskhvaradze) "До и после". События, описанные в этой книге – путь реального человека из криминала в большую поэзию. Почти мгновенное, непостижимое превращение героя из криминального авторитета в популярного поэта не имеет прецедентов в современной литературе.
Как будто Всевышний переключил тумблер в голове. Иначе, как Божьим промыслом, такое не назовёшь...
Повествование охватывает период с 1957-го года по сегодняшний день. Много места уделено 90-м годам. Оно насыщено сценами криминального характера, элементами лагерного и тюремного быта и основано на реальных событиях. Автор не понаслышке знаком с этой жизнью, поэтому повесть максимально правдива. В ней есть и любовь,
и юмор, и страдания и все революционные процессы периода «Перестройки».

Вот что говорит после прочтения книги Андрей Макаревич: «Мы познакомились с Тариэлом на фестивале поэзии в Киеве, и все эти годы я знал его как хорошего, зрелого поэта. Я и не предполагал за его плечами такого рода жизненный опыт, и эта книга стала для меня откровением. Она написана простым, „нехудожественным“ языком, а оторваться от нее невозможно. Удивительная история, удивительная судьба!».

10.01.20
Телефон: