«Русский Гофман»
раздел ФЕСТИВАЛИ
Главная \ Поэзия \ Ольга Мацкевич (Беларусь)

Ольга Мацкевич (Беларусь)

Мацкевич Ольга

Родилась в г.Витебске. Закончила Витебский государственный университет им. П.М.Машерова по специальности музейное дело (2007) и Витебский государственный технологический университет по специальности графический дизайн (2018). С 2016 года член Витебского отделения литературного объединения «Белорусский литературный союз «Полоцкая ветвь».

Черно-белый сон

Странный черный человек 
Открывает двери боли,
Входит в дом твой и обои
Вдруг чернеют в коридоре.
По паркету льется тень
Вязким дегтем.
Он царапает комод
Черным ногтем.
От дыхания его все темнеет,
Только искорка внутри пламенеет,
Но не светит тот огонь и не греет -
он ведет тебя по темной аллее,
Где в словах и многоточиях сгинешь, 
Где забудешь свое имя, остынешь…
Он тебя тогда обнимет рукою,
Его мысли разольются рекою.
В твоем сердце не останется вскоре
Ни цветов, ни волшебства, ни историй.
И открыты тебе будут лишь двери
Тайной боли чужой и обмана,
Страха горького и суеверий,
Безнадежной тоски и тумана.
Назовет тебя сильной и смелой
И научит легко менять лица.
Умолчит лишь о том, что ты птица
И цвет крыльев твоих – белый.

И швец, и жнец, и на дуде игрец

И швец, и жнец, и на дуде игрец...
Когда же ты устанешь, наконец?
Как мышь среди миров снует твоя иголка,
Сшивая сон и явь, слова и тишину,
Но только это все - ни сердцу, ни уму,
Но только это все (как жаль!) почти без толка.
Останется дыра в небесном полотне,
И будет снег лететь на жизнь ему и мне,
Из холода гнезда возможности птенец
Сорвётся в темноту... Так кто ж ты, наконец,
И швец, и жнец, и ласки продавец?!
Сжимаешь серп в руке, снопы к ногам летят.
В остатке года яд, в остатке жизни яд...
И прыгает, и скачет мелодия в сети,
И сумеречных лезвий как колокол манок, -
Ты просто притворись, что тоже одинок
И сделай шаг вперёд, над пропастью взлети...
Когда же он устанет, наконец?
И швец, и жнец, и на душе игрец?

 

Голос

 

Голосу моему сегодня пятнадцать лет

И есть у него одна тайна, один секрет.

Хранит его книга, сплетенная из травы:

Он вырос из слова, которое бросили Вы.

Как камень прежний голос убило оно,

Как семечко в душу упало и проросло.

И вырос мой голос таким, как он есть сейчас.

И каждое слово его – от Вас.

Были у него, конечно, и другие садовники -

Резали ветки обманом, поили мечтой.

Были мысли-термиты и сорняки-ужовники,

Но голос вырос из правды и стал собой:

Своевольным как ветер, мне до конца не подвластным,

Схожим с заклинанием и ворожбой,

Замирающим между прелестью и прекрасным

И противным внутри несвободе любой.

Отчего он звучит в стихах будто зов сирен,

Если мне обмануть страшнее, чем обмануться?

Я отчаянно правлю весь день «сирен» на «сирень»,

Ворожбу – на участие, боль – на попытку проснуться,

А Содом – на дом… я стою как боец на ринге.

Лучше было б молчать, но голос мне не дает…

В то же время он дудочке близок, сиринге –

Шелестит на ветру, а в Ваших руках поет…

И так будет, наверно, пока другой не придет,

Не бросит слово свое как камень, который

Убьет этот голос, как семечко прорастет

И окрепнет вдруг тогда во мне голос новый.

 

Октябрь

Два знака мягких, два листка
стихов осыпавшихся блесток
и встреч случайных перекресток 
крестом на спинке паука…
Осенний воздух, тусклый свет.
Томленья нет и страсти нет,
но есть какая-то тоска
и зыбкость памяти, в которой
тот алый цвет… средневековый.
Но реставратора рука
не в силах повторить его…
Скажи октябрь, для чего?
Зачем к нему моя душа
опять вернулась? 
Зачем, не зная языка
осенних знаков, завитков,
за всадниками облаков,
иду в какой-то переулок,
где запах монастырских булок
и замерзающих цветов,
где дух Самайна, где темно,
где бьется сердце не мое 
над заклинанием стихов…
Где есть такая же тоска,
но все смеется (от греха)…
Зачем тогда моя рука
к нему тянулась?

Шарманка

Что происходит внутри, когда рвутся сны?
Не стаей собак по-волчьи с привычной цепи,
Скорее случайно... бумажный очаг Буратино
Вдруг открывает дверь
За которой - ход.
В чашке кубиком сахара тает рутина.
Шарманка застряла на песне одной: терпи,
Взгляд свой больной бинтами стихов оберни,
В лучшее верь. 
Еще один год. Еще год…
Не для себя. Ходи по своим следам.
В пятницу вечером будет бал Сатаны.
Ты ведь не хочешь дергаться куклой там,
На нитках его? Вот тебе новые сны,
Новый очаг, новый зверь.
Может новый взлет.
Новая сцена для ангелов и чертей.
Ты ненавидишь игру, но прими ее - 
лучший подарок от добрых и честных людей.
Ты не умеешь ждать, но возьми свое
чувство ревнивое и на ветру развей.
Скоро ведь новый год. Еще один год.
Не отпирай эту дверь.
Тюремную дверь.
Как-нибудь у картинки перезимуй.
Ты не замерзнешь, не бойся, просто подуй
На яркие краски и оживут они. 
И станет тепло. Потому что огонь внутри.
Храни его. Храни его и дари
Молчание как поцелуй.
Глубоко внутри.

 

Новости
все

79389376_2845903445422739_6387343386856128512_o

25 января с 17.00 до 20.00 часов

Арт-Кафе Букiторiя Ул. Николая Лысенко,1, Киев

Вход свободный.

Презентация книги Тариэла Цхварадзе (Tariel Tskhvaradze) "До и после". События, описанные в этой книге – путь реального человека из криминала в большую поэзию. Почти мгновенное, непостижимое превращение героя из криминального авторитета в популярного поэта не имеет прецедентов в современной литературе.
Как будто Всевышний переключил тумблер в голове. Иначе, как Божьим промыслом, такое не назовёшь...
Повествование охватывает период с 1957-го года по сегодняшний день. Много места уделено 90-м годам. Оно насыщено сценами криминального характера, элементами лагерного и тюремного быта и основано на реальных событиях. Автор не понаслышке знаком с этой жизнью, поэтому повесть максимально правдива. В ней есть и любовь,
и юмор, и страдания и все революционные процессы периода «Перестройки».

Вот что говорит после прочтения книги Андрей Макаревич: «Мы познакомились с Тариэлом на фестивале поэзии в Киеве, и все эти годы я знал его как хорошего, зрелого поэта. Я и не предполагал за его плечами такого рода жизненный опыт, и эта книга стала для меня откровением. Она написана простым, „нехудожественным“ языком, а оторваться от нее невозможно. Удивительная история, удивительная судьба!».

10.01.20
Телефон: