«Русский Гофман»
раздел ФЕСТИВАЛИ
Главная \ Поэзия \ Елена Го (Украина)

Елена Го (Украина)

61948266_341324036578054_6610384474511245312_n

Елена Горошенко - поэтесса, художница, дизайнер, музыкант. Автор идеи и организатор Kharkiv Poetry Open air - музыкально-поэтического проекта, который существует уже три года и успел принять участие во многих фестивалях в Харькове, а также в Киеве. Публиковалась в журналах "Графит", "Сура", "Лава", представляла свои стихи конкурсах-фестивалях "Авалгард", "Харьковград", "Одна маленька свiчка", "Харьковская осень". Регулярно участвует в харьковских поэтических баттлах ( СЛЭМ, Стихозамес). В октябре 2019 года провела первый собственный квартирник. Изучает восточную философию и религию.

 

* * *

Оливковые деревья.
Бамбуковые леса.
«Мама, папа, смотрите, я делаю это сам».

Мам, посмотри, после стольких дней жизнь моя стала so fit –
я иногда говорю в людей, в лицо мне светит софит,
и мой друг говорит мне, что никто другой так, как я, не говорит…
Папа, помнишь, как ты за мою профессию переживал –
так вот, я рисую, как и учился, и за это мне платят нал,
а ещё я джемлю с теми, кого в телевизоре ты видал…
Иногда в моей жизни случается так, что мне аплодирует зал.
Смотрите-смотрите: я стал тем, кем вы мечтали, чтобы я стал.

Как свет неба ночного в созвездий растр растёрт,
то, что вы засевали, насквозь меня растёт.
Я не чувствую времени, веса, добравшись до здешних «высот»…
Тот, кто не в курсе контекста, думает, что мне крупно везёт…
Пусть так, не важно, смотрите как красиво здесь всё!

Оливковые деревья.
Бамбуковые леса.
«Мама, папа, смотрите, я делаю это сам».

Я говорю-говорю, а некому посмотреть –
есть одно обстоятельство: нас разделяет смерть.
Матери нет уже десять лет, отца нет уже три…
А я всё не унимаюсь: «посмотри, посмотри!
это же ваше – вам бы эти плоды пожинать!»
Но два тела под иберисовым покрывалом лежат.
И мне так жаль, мне так бесконечно жаль,
Что даже, если б потух от потуг, лоб в поту, –
не вызрел бы раньше. А теперь в пустоту…
И некуда долг свой отдать…

Оливковые деревья.
Бамбуковые леса.
«Мама, папа, смотрите, я с этим собою сам».

Я стою один среди огромной бурной реки.
Лики из прошлого говорят: «цели твои великИ»
Шарю взглядом по сторонам – остановить не на ком.
«Не пытайся как кубик Рубика. Перейди Рубикон».
И я перестаю вскидывать глаза в небеса –
таким, какой теперь есть, я ведь хотел быть сам.

Оливковые деревья. Бамбуковые леса.
Таким, какой теперь есть, я, и вправду, хотел быть сам…

Совершенно отчётливо, совершенно ясно:
ваши жертвы не были напрасными –
то, что внутри меня теперь сделалось твердью,
неисчерпаемо даже смертью.
Оливковые деревья. Бамбуковые леса.
Сердце видит дальше, чем могут видеть глаза.

 

* * *

Как янтарен воздух, когда напоён тишью,
когда стебли едва поскрипывают как тишью*,
когда доносится гулко и глухо
сплетённое жужжание далёкого луга,
когда травы, смятые загорелою кожей, хмелят,
колко-нежны как мохнатое брюшко шмеля,
когда горизонт разливом опаловым смазан...
я роздан по кусочкам, как мозаика, как паззл -
оцени-ка:
нет ни единого человека в ком
был бы я заключён целиком.

______
Тишью - очень тонкая папирусная бумага, которая в основном используется для наполнения коробок с подарками.

 

* * *
Ангел едет в метро. На работу ангел идёт.

Ещё только вчера отсверкал отгремел Новый год.
Ангел видит сквозь поток разномастной толпы –
уборщик сотен ног стирает следы.

Улыбается ангел: "я не знаю твоей стороны.

Я не знаю твоих нужд и твоих забот,
но прошу пусть Всевышний тебя с любовью ведёт
и хранит, независимо по эту ты или по ту"...

На спине уборщика: " спасибо за чистоту".

 

Говоришь: «я буду смиреннее пыли,
посмотри, от чего отказался – не оценить это небу ли?»

– «Нас оценят по тому, кем мы были,
а не по тому, кем мы нЕ были».

Это несгибаемо, это из стали:
не будет славы за то, кем мы не стали.

 

* * *

 

Мать ей шепчет: "помнишь ли ты о "возлюби"?
так вот, ни в коем случае вслух об этом не говори -
едва произнесёшь, толпы голодных у твоей двери
соберутся, готовые тебя обглодать..."
Мать ей шепчет: "я сейчас совсем не о зле,
а о том, что этот голод их обращает в зверей,
и, кто тронул живое, рискует жизнью своей,
не способный то, что им нужно, дать..."

Дочь кивает, покуда голос стоит у неё в ушах.
Открывает дверь.
Делает шаг.

* * *

Выходи из сна во сне во сне –
за окном по-прежнему валит снег,
а там, куда ты делся, я повстречал всех,
от кого ты в своё время пытался бежать.
Новый год. Неизбежна петля,
пока не предпочёл «свободе от» «свободу для».
Качество среза каждого нового дня
зависит от отточенности «ножа».

 

* * *

Дым приближающегося вечера года.

Терпкая, непредсказуемая свобода…

Трус или truth?

– не о чем больше жалеть.

Подрагивает флагшток на ветру –

как флажолет.

Лето

загустевает в желе…

Жили

будто в шальном шале Эгона Шиле –

шали в номере на верёвках сушили.

«Шире.

Сними же всё это шире!»

Поместили. Все стили. Будто лоскутья сшили.

спешили

набросить на зяблые плечи

пёстрых поездок беспечный печворк.

/2019, фрагмент поэмы/

Новости
все

79389376_2845903445422739_6387343386856128512_o

25 января с 17.00 до 20.00 часов

Арт-Кафе Букiторiя Ул. Николая Лысенко,1, Киев

Вход свободный.

Презентация книги Тариэла Цхварадзе (Tariel Tskhvaradze) "До и после". События, описанные в этой книге – путь реального человека из криминала в большую поэзию. Почти мгновенное, непостижимое превращение героя из криминального авторитета в популярного поэта не имеет прецедентов в современной литературе.
Как будто Всевышний переключил тумблер в голове. Иначе, как Божьим промыслом, такое не назовёшь...
Повествование охватывает период с 1957-го года по сегодняшний день. Много места уделено 90-м годам. Оно насыщено сценами криминального характера, элементами лагерного и тюремного быта и основано на реальных событиях. Автор не понаслышке знаком с этой жизнью, поэтому повесть максимально правдива. В ней есть и любовь,
и юмор, и страдания и все революционные процессы периода «Перестройки».

Вот что говорит после прочтения книги Андрей Макаревич: «Мы познакомились с Тариэлом на фестивале поэзии в Киеве, и все эти годы я знал его как хорошего, зрелого поэта. Я и не предполагал за его плечами такого рода жизненный опыт, и эта книга стала для меня откровением. Она написана простым, „нехудожественным“ языком, а оторваться от нее невозможно. Удивительная история, удивительная судьба!».

10.01.20
Телефон: