«Русский Гофман»
раздел ФЕСТИВАЛИ
Главная \ Проза \ Дмитрий Гаранин (США-Германия)

Дмитрий Гаранин (США-Германия)

ro

Родился в Москве в годы хрущёвской оттепели. Рос и мужал в годы брежневского застоя. Окончил МФТИ, защитил диссертацию по теоретической физике. В 1992 эмигрировал в Германию. С 2005 года – профессор на физическом факультете Lehman College CUNY в Нью-Йорке. Писал стихи в Москве в 1978-82 и 1988-89 годах, затем с конца 2012 года. В предыдущем тысячелетии не публиковался, в литературном процессе не участвовал, наставников и образцов для подражания не имел. В настоящий момент автор многих книг стихов, изданных под собственной маркой Arcus NY. Публикации в журналах, альманахах, антологиях.

 

 

Гриппозный сон

Пандемия коронавируса многому людей научила. Например, вместо подвешивания на вентилятор, где нежный западный человек мрёт массово, стали просто переворачивать страдальцев на живот, чтобы они лучше дышали. Что я знаю с детства, меня родители учили. Если бронхит или пневмония, ни в коем случае на спине не лежать. И мудрость эту я всегда применяю на практике.

До коронавируса у меня пока дело не дошло, но пару лет назад подхватил я неприятный грипп. В холодную осеннюю погоду, в результате забега на роликовых коньках вдоль Хадсона-реки в родном Нью-Йорке. Коньки были гоночные, о пяти колёсах каждый, идут они, как по маслу, жалко лишь, что с размером ботинка я просчитался, и ногам в тесноте больше получаса не выдержать. Бежал классно и собой был доволен до невозможности, даже начал стишок писать о том, как я здорово бегу, выигрывая у всех в своей возрастной категории, и как благотворно спорт влияет на психику, разгоняя депрессию. Останавливался, чтобы напечатать в телефоне очередную удачную строчку. А на обратном пути даже присел коротко на скамейку и довбивал в телефон досочинённое до конца, чтобы не забыть. Удовлетворённый, возвратился домой (между рекой и домом всего пять минут ходьбы).

К сожалению, забег мне стоил болезни, которая начиналась как небольшая простуда, но постепенно переросла в настоящее вирусное заболевание с сухим кашлем, холодом по всему телу, головной болью и другими прелестями. А был я в городе как раз один, ухаживать за мной было некому. Делал всё, что положено для выживания. В том числе старался спать на животе.

В кризисную ночь снится мне сон, что я собака и нахожусь в парке, где холодно, и голова моя покоится на специальной опоре. (А на самом деле голова была на подушке, и обе руки были под подушкой, так что я как бы стоял на локтях, а верх спины был слегка оголён, поэтому было холодно и снился сон про парк с опавшими листьями.) Специальная опора, на которой лежала моя голова, была установлена в порядке благоустройства для того, чтобы старым больным собакам было там удобно подыхать. И с этого излюбленного места их уже забирали, чтобы не искать повсюду. И вот я здесь прикорнул, собираюсь сдохнуть, устраиваюсь поудобнее, поёживаясь от холода. Собачий инстинкт меня, значит, на это место привёл.

Длилось это очень долго, сдохнуть пока не удавалось, и от холода захотелось в кусты по малой нужде. Но в голове свербила  мысль, что если отойду в кусты, другая собака займёт моё место, сдохнет там, и мне будет некуда приткнуться. Если сдохну в кустах, моё тело не найдут, буду валяться там до весны. В общем, не мог я отойти, а хотелось всё сильнее. Это был настоящий бред-кошмар на основе помутнения рассудка, вызванного вирусной интоксикацией. Казалось, что это никогда не закончится и я буду вечно болтаться между жизнью и смертью. Наконец, собрав всё в кулак, я отполз от заветного места. Не знаю, удалось ли мне то, что я хотел, но только вижу издали, что другая собака подсуетилась, заняла моё место и даже успела сдохнуть. И в этот момент подъезжает машина, типа мусорной, из нее выскакивают по форме одетые рабочие парка, хватают тело другой собаки за задние лапы, забрасывают его в кузов и уезжают. Напрасно я им беззвучно лаю и машу лапами, чтобы подождали и взяли ещё и меня. Обиде нет предела, корю себя за недостаток выдержки. Упущен шанс всей жизни! Значит, я этого не заслуживал, сам виноват! Постепенно чувство неизбывной горечи перешло в смирение. Как получилось, так получилось. Я раздумал подыхать и проснулся. С этого момента грипп пошёл на спад.

3 May 2020

Приложение

* * *

Чувство распрямляющей пружины
Снизу вверх прошло по позвонкам
Конькобежной поступью аршинной
Велосипедистам фору дам

Я скольжу на десяти колёсах
Побережьем Хадсона-реки
В чемпионы возраста без спроса
Лезу на глазах Америки

Час ещё назад в своей квартире
Был укутан в мыслей листопад
В остывающем осеннем мире
В безысходность вперивая взгляд

New York, 24 October 2018

ГРИППОЗНАЯ НОЧЬ

Пусть в знак того что существую
В мозгу шальная бьётся мысль
Пусть преждевременно и всуе
В сознанье маячки зажглись

Пусть по инерции бессонной
Впустую мелют жернова
Безостановочного гона
Заметны станции едва

Пусть на круговорот вопросов
В кошмаре не найти ответ
И мысль течением относит
И разума неверен свет

Пускай обратно в подсознанье
Под утро образы уйдут
Загадок не достроив зданье
И мозг освободив от пут

Когда-нибудь в час вдохновенья
Всплывут забытые слова
Отныне полные значенья
И на пружинах мастерства

New York, 9 November 2018

Новости
все

79389376_2845903445422739_6387343386856128512_o

25 января с 17.00 до 20.00 часов

Арт-Кафе Букiторiя Ул. Николая Лысенко,1, Киев

Вход свободный.

Презентация книги Тариэла Цхварадзе (Tariel Tskhvaradze) "До и после". События, описанные в этой книге – путь реального человека из криминала в большую поэзию. Почти мгновенное, непостижимое превращение героя из криминального авторитета в популярного поэта не имеет прецедентов в современной литературе.
Как будто Всевышний переключил тумблер в голове. Иначе, как Божьим промыслом, такое не назовёшь...
Повествование охватывает период с 1957-го года по сегодняшний день. Много места уделено 90-м годам. Оно насыщено сценами криминального характера, элементами лагерного и тюремного быта и основано на реальных событиях. Автор не понаслышке знаком с этой жизнью, поэтому повесть максимально правдива. В ней есть и любовь,
и юмор, и страдания и все революционные процессы периода «Перестройки».

Вот что говорит после прочтения книги Андрей Макаревич: «Мы познакомились с Тариэлом на фестивале поэзии в Киеве, и все эти годы я знал его как хорошего, зрелого поэта. Я и не предполагал за его плечами такого рода жизненный опыт, и эта книга стала для меня откровением. Она написана простым, „нехудожественным“ языком, а оторваться от нее невозможно. Удивительная история, удивительная судьба!».

10.01.20
Телефон: